Главная / Барсовское общество / Тарнакин Н.А. К вопросу об особенностях церковноправового мышления архиепископа Михаила (Мудьюгина) (на материалах указов о канонических прещениях 1980–1992 гг.) // Вестник Исторического общества. 2020. №1 (4).

Тарнакин Н. А. К вопросу об особенностях церковноправового мышления архиепископа Михаила (Мудьюгина) (на материалах указов о канонических прещениях 1980–1992 гг.) // Вестник Исторического общества. 2020. №1 (4).

Аннотация: Статья написана на основе доклада автора на III Барсовских чтениях, состоявшихся в Книжной гостиной Санкт-Петербургской духовной академии 16 декабря 2019 г. По итогам рассмотрения указов о канонических прещениях архиепископа Михаила (Мудьюгина) делаются выводы: 1) архиепископ Михаил воспринимал себя как епархиальный суд и судил вполне в дореволюционной традиции; 2) неизвестно, почему в своих решениях владыка не ссылался на каноны, но предполагается, что он был знаком с Каноническим корпусом; 3) архиепископ Михаил учитывал требования государственного законодательства о труде, хотя напрямую применять его не мог; 4) владыка мог позволить себе составлять указы судебного характера в высокопарной, насыщенной образами и метафорами литературной манере петербургского интеллигента; 5) архиепископ Михаил уделял особое внимание таким средствам воздействия на нарушителей как беседа, внушение, разъяснение, и лишь после того, как убеждался в их неэффективности, применял меры административные. В статье вводятся в научный оборот пять ранее не публиковавшихся указов архиепископа Михаила.

Ключевые слова: архиепископ Михаил (Мудьюгин), Вологодская епархия, указы, епархиальный суд, Канонический корпус Православной Церкви, Апостольские правила, Алексий Аристен, Устав об управлении Русской Православной Церкви, Устав духовных консисторий, Кодекс законов о труде Российской Федерации, Положение о церковном суде 2008 г.

Об авторе: Тарнакин Николай Александрович

Бакалавр теологии, студент II курса магистратуры Санкт-Петербургской духовной академии.

E-mail: tarnakin.n.a@gmail.com

ORCID: https://orcid.org/0000-0002-9218-346X


Введение

Прежде всего следует отметить, что настоящая статья не является обобщением и изложением результатов научного исследования, а лишь ставит проблему, которая, скорее всего, ранее не фигурировала в историко-богословских исследованиях, посвященных трудам архиепископа Михаила (Мудьюгина).

Также отметим, что идея настоящей статьи возникла, когда автор, в рамках работы над магистерской диссертацией, в мае 2019 г. изучал в архиве Вологодского епархиального управления циркуляры и указы архиепископа Михаила. Таковых документов обнаружилось не одна сотня. Большая их часть была сфотографирована автором, и в настоящее время эти циркуляры и указы постепенно вводятся в научный оборот[1].

Кратко напомним историю жизни архиепископа Михаила[2]. Михаил Николаевич Мудьюгин родился в Санкт-Петербурге 12 мая (н. ст.) 1912 г. В 1930 г. был арестован за участие в религиозном молодежном кружке, полгода находился в предварительном заключении, был приговорен к трем годам лишения свободы условно, и потому может считаться исповедником веры. В 1958 г. кандидат технических наук, доцент Горного института в Ленинграде Михаил Николаевич Мудьюгин, после ухода со светской работы, принял священный сан. В 1966 г. был назначен ректором Ленинградской духовной академии и рукоположен во епископа Тихвинского. Ректором был всего два года, а в дальнейшем, практически до конца жизни, оставался профессором академии. С 1979 по 1993 гг. возглавлял Вологодскую и Великоустюжскую епархию. Скончался в Петербурге в 2000 г.

В настоящее время в церковной науке наблюдается возрождение интереса к богословскому наследию архиепископа Михаила (Мудьюгина). Именно в рамках его изучения автор, со своей стороны, и решил ознакомиться с указами и циркулярами Владыки Михаила. Следует отметить, что даже при беглом просмотре документов бросается в глаза характерный стиль, которым они написаны (подробнее об этом будет сказано далее)[3]. Сразу же вспоминается главный вывод круглого стола, состоявшегося в Книжной гостиной в феврале 2019 г. и посвященного богословскому наследию архиепископа Михаила[4]. Согласно этому выводу — достаточно спорному, — нам сейчас интереснее личность владыки, нежели его богословские труды. Соответственно, идея изучить документы епархиального архива возникла прежде всего в контексте изучения личности архиепископа Михаила[5].

Таким образом, в основу настоящей статьи легли следующие исходные посылки:

1) циркуляры и указы архиепископа Михаила могут дать определенное представление о его личности (имеется ввиду общая культура, образование, особенности мышления и т. д.);

2) указы о канонических прещениях (которых в архиве оказалось немало), возможно, могут дать некоторое представление об особенностях церковноправового мышления архиеп. Михаила;

3) от этих умозаключений можно попробовать перейти к обобщенным выводам о церковноправовом в целом, и судебном в частности, мышлении епархиального архиерея времен Советского Союза (1980–1990 гг.).

Прежде чем перейти к основной части статьи, следует сделать несколько замечаний методологического характера:

1) говоря об особенностях церковноправового мышления архиепископа Михаила, мы исходим из представления об епархиальном архиерее как носителе судебной власти, т. е. первой и основной инстанции церковного суда;

2) соответственно, в статье будет предпринята попытка уточнить актуальное для советского периода представление об епархиальном архиерее как носителе судебной (канонической, в целом) власти;

3) для более глубокого изучения особенностей правового мышления владыки в статье будет затронут вопрос об использовании епархиальным архиереем советского периода актуального советского законодательства, в частности, законодательства о труде;

4) в связи с невозможностью на сегодняшний день исследования всего массива сохранившихся в архиве циркуляров и указов архиепископа Михаила, для целей настоящей статьи будет использована произвольная и сравнительно небольшая выборка — шесть документов, которые показались автору наиболее характерными по стилю и содержащими ответы на исходные посылки статьи. Разумеется, для строго научных целей необходима более массивная выборка документов и их углубленное изучение. Поскольку в настоящее время такая возможность у автора отсутствует, отметим лишь, что сделанные в статье выводы имеют вероятностный характер.

Начнем рассмотрение с весьма любопытного указа (№ 91/639 от 24 ноября 1992 г.)[6]:

 

Иеромонах о. Сергий (Смирнов) был задержан милицией в нетрезвом состоянии на ул. Панкратова г. Вологды 2 ноября с. г. в 22 часа 40 минут, после чего содержался в вытрезвителе. 24 ноября, находясь опять в нетрезвом состоянии, позволил себе звонить в Епархиальное управление.

Позорящее христианина и тем более священнослужителя поведение вынуждает подвергнуть иеромонаха о. Сергия (Смирнова) запрещению в священнослужении.

 

Обратим внимание на хронологию событий. 2 ноября провинившийся задержан милицией. Однако архиерей никаких мер в связи с этим не предпринимает. 24 ноября иеромонах, будучи нетрезвым, звонит в епархиальное управление. Результат — запрет. Отсюда можно сделать вывод, что у него, скорее всего, состоялся разговор с архиепископом Михаилом.

Фото 1. Визит сотрудников и преподавателей ЛДА в Вологодскую епархию. Крайний справа — иеромонах Ианнуарий (Ивлиев)

Фото 2. Пятый слева — келейник владыки Михаила, ныне настоятель храма Тихвинской иконы Божией Матери на пр. Науки (С.-Петербург) протоиерей Евгений Палюлин

Исходя из современного Положения о церковном суде от 2008 года, отметим особенности указа: 1) в указе вообще отсутствуют ссылки на каноны[7]; 2) полностью отсутствует указание на срок запрещения[8]; 3) наконец, отсутствует указание на условие снятия запрещения[9]. Возникает вопрос — был ли архиепископ Михаил знаком с Каноническим корпусом Православной Церкви? Сейчас уже невозможно с уверенностью ответить на этот вопрос, а в воспоминаниях людей, знавших владыку, об этом не упоминается. (Даже, скорее всего, никто из них и не задавался этим вопросом). Тем не менее, учитывая общий уровень образования владыки, выросшего в интеллигентной петербургской семье, а также его ректорство и многолетнее преподавание в Ленинградской духовной академии[10], исходим из предположения, что с Книгой Правил архиепископ Михаил был знаком.

В таком случае, возникает вопрос: как на основании канонов должен был поступить с провинившимся архиеп. Михаил? По нашему мнению, к указанной ситуации можно было бы применить два канона из Правил святых апостолов[11].

 Ап. 42: Епископ, или пресвитер, или диакон, игре и пьянству преданный, или да престанет, или да будет извержен.

Приведем толкование Алексия Аристина: «Священник — игрок, или пьяница, если не перестает, должен быть извержен. Если пресвитер, или диакон, предающийся игре или пьянству, и не престающий подвергается извержению, то тем более достигшие высшего священного высшего сана должны быть подвергнуты извержению, если предаются игре, или упиваются»[12].

Ап. 55: Если кто из клира досадит епископу: да будет извержен. Правителю людей твоих да не говори зла.

Таким образом, как видно, санкция, наложенная владыкой Михаилом, скорее соответствует Ап. 55, поскольку она последовала именно после разговора провинившегося с архиереем. При этом деяние, описанное в диспозиции Ап. 42, не повлекло за собой никакой санкции. В то же время, нельзя исключать вероятности, что после происшествия 2 ноября между провинившимся и владыкой состоялся разговор, в котором первый пообещал «престать», а потому архиереем и не была применена санкция.

К слову об использовании (либо неиспользовании) архиепископом Михаилом Канонического корпуса приведем его слова из Указа № 152 от 26 мая 1981 г. [Приложение № 1]: «… тяжелое нарушение церковных канонов …». Как видно, и в данном случае владыка, даже прямо упоминая каноны, не приводит никаких конкретных ссылок.

Далее рассмотрим вопрос: как должен был бы поступить в сложившейся ситуации архиепископ Михаил, опираясь на действовавшие в то время нормы самой Русской Православной Церкви? «Положение об управлении Русской Православной Церкви», принятое Поместным Собором 31 января 1945 г., содержит только лишь упоминание о принадлежности высшей судебной власти Поместному Собору[13], и никак не оговаривает судебные полномочия епархиального архиерея. «Устав об управлении Русской Православной Церкви» 1988 г.[14] предписывал действие церковного суда в четырех инстанциях[15], первая из которых — епархиальный совет, возглавляемый епархиальным архиереем, при этом ряд дел относился к единоличной компетенции епископа. Следует отметить, что «Устав» никак не оговаривал саму процедуру церковного судопроизводства. Почему — отдельный вопрос. Следует ли это понимать так, что епархиальный архиерей времен Советского Союза должен был в своих судебных функциях руководствоваться дореволюционными нормами?

Обратимся к «Уставу духовных консисторий» от 1841 г. (в редакции 1883 г.). Статьи 154–155 закрепляют, что судопроизводство может осуществляться или непосредственно епархиальным архиереем, или через Консисторию, причем «судопроизводству непосредственно Архиерейскому подлежат … (дела. — Н. Т.) неудобоподвергаемые гласности и формам обыкновенного суда»[16]. Очевидно, рассматриваемый в настоящей статье случай следует отнести именно к «неудобоподвергаемым».

Далее, согласно статье 187, «священнослужитель, обнаруженный в нетрезвости, наказывается в первый раз епитимиею в монастыре от двух до трех месяцев без запрещения или с запрещением священнослужения, смотря по обстоятельствам дела, а во второй раз отрешением от места с определением на причетническую должность, до раскаяния и исправления»[17]. При этом, согласно статье 196, «монашествующие за проступки, подходящие под вышеизложенные статьи, наказываются по тем же правилам: иеромонах и иеродиакон, как священник и диакон»[18].

Отметим также, что согласно статье 174, «решения епархиального начальства, коими подсудимые подвергаются прочим мерам взыскания или исправления (кроме извержения из сана. — Н. Т.), приводятся в исполнение без допущения к объявлению удовольствия или неудовольствия»[19], т. е. сразу и беспрекословно.

Таким образом, если бы архиепископ Михаил руководствовался дореволюционным законодательством (которое, в самой Церкви не было официально отменено), он должен был бы направить провинившегося в монастырь (которого в то время в Вологодской епархии не было) и, скорее всего, запретить в священнослужении (что архиерей и сделал).

Также следует отметить, что, во-первых, было ли исполнено решение архиепископа Михаила, нам неизвестно; во-вторых, используемое в указе выражение «вынуждает подвергнуть … запрещению» вовсе не означает «запретить». Так что финал истории с иеромонахом-нарушителем, судя по всему, остался открытым.

Что касается вопроса об использовании епархиальным архиереем советского периода актуального государственного законодательства, в частности, законодательства о труде, то здесь следует обратить внимание на одно важное обстоятельство. Указ архиепископа Михаила издан в 1992 г., т. е. Советской власти уже нет. При этом действует еще советский «Кодекс законов о труде Российской Федерации»(утвержден Верховным Советом РСФСР 09.12.1971)[20] в редакции Закона Российской Федерации от 25.09.1992 № 3543–1. Поэтому для рассмотрения в настоящей статье и был выбран указ, изданный в ноябре 1992 г. 

Итак, если бы наша ситуация рассматривалась с точки зрения актуального на тот момент государственного законодательства о труде, следовало бы применить следующие статьи Кодекса:

Ст. 38. Отстранение от работы.

Работника, появившегося на работе в нетрезвом состоянии, …, администрация предприятия, учреждения, организации не допускает к работе в этот день (смену).

 

Ст. 33. Расторжение трудового договора (контракта) по инициативе администрации. … по причинам:

4) прогула (в том числе отсутствия на работе более трех часов в течение рабочего дня) без уважительных причин;

7) появления на работе в нетрезвом состоянии…

Можно предположить, что архиепископ Михаил в силу своего воспитания и образования явно бы воспользовался положением Ст. 135. Взыскания за нарушение трудовой дисциплины: «При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующая работа и поведение работника»[21], и уже только после этого — пунктом 4 указанной статьи: увольнение. Также владыка мог бы применить положение Ст. 136. Порядок применения и обжалования дисциплинарных взысканий: «до применения дисциплинарного взыскания с работника должно быть затребовано письменное объяснение»[22], однако писал ли провинившийся объяснительную, нам неизвестно.

Следует отметить, что законодательство о труде советского периода, в отличие от современного[23], не содержало отдельных условий, касающихся религиозных организаций. Поэтому, разумеется, архиепископ Михаил не мог напрямую применить в своем решении нормы государственного закона. Однако, как видно из указов: № 152 от 26 мая 1981 г. [Приложение № 1]: «… письменное объяснение допущенного прогула»; № 34/174 от 27 мая 1984 г. [Приложение № 2]: «… при предоставлении отпусков соблюдать нормы действующего законодательства»; № 21/26 от 11 августа 1983 г. [Приложение № 3]: «за нарушение распоряжения церковного руководства … объявляется выговор», архиепископ Михаил был явно знаком с действующим законодательством о труде, и не просто использовал его терминологию, а напрямую отсылал к нему своих сотрудников.

Прежде чем перейти к выводам, хотелось бы вернуться к тезису, приведенному в начале настоящей статьи — о личности архиепископа Михаила. В Приложениях впервые публикуются пять указов владыки. Все они, по нашему мнению, вполне показывают стиль письма архиепископа Михаила, а также его подход к наложению и снятию канонических прещений. Это, во-первых, общая «литературность» языка изложения; во-вторых, подробное, даже скрупулезное разъяснение сути проступка; в-третьих, что особенно видно из Приложений № 4 и № 5, архиепископ Михаил не торопится с наложением прещений, неоднократно предоставляя нарушителю возможность исправиться, обращаясь к нему с увещеваниями (что, впрочем, присутствует практически во всех указах). Отметим, что в Приложениях № 4 и № 5, где, как можно судить, речь идет о серьезных и затянувшихся проблемах с конкретным священником, высокопарный, «дореволюционный» стиль письма владыки Михаила создает даже некоторый комический эффект, когда он налагает «строгий выговор с последним предупреждением о неминуемом увольнении за штат в состоянии запрещения».

Заключение

Таким образом, на основании рассмотренных указов архиепископа Михаила, можно сделать следующие выводы:

  1. В продолжение церковной традиции архиепископ Михаил воспринимал себя как епархиальный суд, и судил также вполне в дореволюционной традиции;
  2. Почему в своих решениях владыка не ссылался на каноны, сказать определенно нельзя, по крайней мере по тем указам, которые удалось успеть изучить. Однако разумно предполагать, что он был знаком с Каноническим кодексом;
  3. Будучи епархиальным архиереем советского времени, архиепископ Михаил так или иначе учитывал требования государственного законодательства о труде, хотя напрямую применять его он не мог;
  4. Не чувствуя себя связанным четкими положениями о церковном суде, архиепископ Михаил мог позволить себе составлять официальные циркуляры и указы судебного характера в достаточно высокопарной, насыщенной образами и метафорами литературной манере петербургского интеллигента;
  5. Судя по изученным документам, архиепископ Михаил огромное внимание уделял таким средствам воздействия на нарушителей как беседа, внушение, разъяснение, и лишь после того, как убеждался в их неэффективности, применял меры административные. Таким образом, характерной чертой церковноправового мышления архиепископ Михаила можно назвать его стремление к постепенному воздействию на правонарушителя, избегая быстрого применения жестких санкций. Этот вывод явно перекликается с мнением Ю. В. Оспенникова: «Свойство духовного суда — его последовательное осуществление, которое заключается в последовательном усилении воздействия на правонарушителя с целью его исправления»[24].
  6. Что касается заявленной во введении к настоящей статье возможности сделать обобщенные выводы о церковноправовом в целом, и судебном в частности, мышлении епархиального архиерея времен Советского Союза (1980–1990 гг.), то, как представляется, на основании рассмотренных в статье документов делать расширительные выводы будет некорректным. Прежде всего это связано с уникальностью личности архиепископа Михаила, и, поэтому, очевидной невозможностью считать его «типичным» советским архиереем.

 

Источники и литература

Архиепископ Михаил (Мудьюгин) в воспоминаниях и размышлениях. Материалы конференции, посвященной 100-летию со дня рождения архиепископа Михаила (Мудьюгина), 1912–2000 / Отв. ред. свящ. К. Костромин и Д. В. Волужков. СПб.: Изд-во СПбПДА, 2014. 108 с.

Закон РФ от 25.09.1992 г. №3543–1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» // Российская газета. 6 октября 1992. № 219.

Кодекс законов о труде Российской Федерации // Законы и постановления. Свод законов РСФСР. В 9 т. Т. 2. М., 1986. С. 123–192.

Костромин К., прот. Архиепископ Михаил (Мудьюгин) (1912–2000): музыкант, полиглот, инженер и богослов. СПб.: Издательство СПбПДА, 2015. 144 с.

Костромин К., прот. Стили православного богословия ХХ века. К оценке трудов архиепископа Михаила (Мудьюгина) // Труды кафедры богословия Санкт-Петербургской Духовной Академии. 2017. № 1. С. 25–38.

Костромин К., свящ. Архиепископ Михаил (Мудьюгин) (1912–2000) как студент, ректор и профессор Санкт-Петербургских (Ленинградских) Духовных школ. К 100-летию со дня рождения (на материале личных дел из архива СПбПДА) // Христианское чтение. 2012. № 2. С. 6–42.

Научная жизнь кафедры богословия // Труды кафедры богословия Санкт-Петербургской Духовной Академии. 2019. № 1 (3). С. 186–189.

Оспенников Ю. В. К вопросу о концепции реформы духовного суда Т. В. Барсова. Отзыв на статью Д. В. Волужкова «Профессор Санкт-Петербургской духовной академии Т. В. Барсов о реформе духовного суда Русской Церкви (на материале статей в журнале “Христианское чтение” 1870–73 гг.)» // Христианское чтение. 2019. № 6. С. 146–156.

Положение о церковном суде Русской Православной Церкви (Московского Патриархата). Принято на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в 2008 году (ред. Архиерейский Собор 2017 г.) // URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/5082532.html (дата обращения: 16.01.2020).

Правила святых Апостолов и святых Отец с толкованиями. М.: «Сибирская Благозвонница», 2011. 816 с.

Русская Православная Церковь в советское время (1917–1991). Материалы и документы по истории отношения между государством и Церковью. М.: Директ-Медиа, 2008. Кн. 1. 400 с.

Тарнакин Н. А. «Богословский либерал». О книге Ганса Кюнга «Христианский вызов» // Христианское чтение. 2019. № 6. С. 62–72;

Тарнакин Н. А. К вопросу о некоторых богословских разногласиях архиепископа Михаила (Мудьюгина) и кардинала Йозефа Ратцингера (Бенедикта XVI) // Актуальные вопросы церковной науки. 2019. №1. С. 67–73.

Тарнакин Н. А. Отдельные аспекты богословского наследия архиепископа Михаила (Мудьюгина) (1912–2000) // Труды кафедры богословия Санкт-Петербургской Духовной Академии. 2019. № 2 (4). С. 216–236.

Трудовой кодекс РФ от 30.12.2001 №197–ФЗ (ред. от 16.12.2019) // Российская газета. 31 января 2001. № 256.

Устав духовных консисторий: [Утв. 9 апр. 1883 г.]. СПб.: Синод. тип., 1883. VI, 200 с.

Устав об управлении Русской Православной Церкви, принятый Поместным Собором Русской Православной Церкви 8 июня 1988 года // URL: https://drevo-info.ru/articles/17772.html (дата обращения: 16.01.2020).

Приложение № 1

Указ № 152 от 26 мая 1981 г.

Ст. Псаломщице Казанской

Церкви г. Устюжны АБАКАЩЕВОЙ

ЛЮДМИЛЕ ПАВЛОВНЕ

 

Копия — настоятелю той церкви

протоиерею СЕРАФИМУ СОТСКОМУ

Копия — церковному Совету той же церкви

Мне стало известным, что Вы, не обратившись к Правящему архиерею за благословением самовольно оставили служение и уже с 15 мая с. г. не трудитесь.

Разъясняю, что Вы совершили прогул, недобросовестно отнеслись к святому служению и пренебрегаете церковными установлениями.

Псаломщик — член клира, назначается Правящим архиереем / как и священники и диакона / и только Правящий архиерей своим Указом может псаломщика уволить.

Предлагаю немедленно приступить к исполнению обязанностей и представить не позднее 2-го июня письменное объяснение допущенного прогула.

Предостерегаю, что дальнейшее уклонение от работы будет расценено как тяжелое нарушение церковных канонов и повлечет за собой отлучение от Св. Причащения.

Управляющий Вологодской епархией
архиепископ Вологодский и Великоустюжский
/ Михаил /

Внизу приписка от руки: «Копию получил
подпись неразб. 26 мая 81»

Приложение № 2

Указ № 34/174 от 27 ноября 1984 г.

Псаломщик Успенского собора г. Белозерска Виктор Хватов не вернулся из отпуска, очередного, но полученного ранее установленного по действующим положениям срока.

По имеющимся сведениям В. Хватов в добром здравии пребывает в г. Ленинграде.

Считать псаломщика В. Хватова уволенным с 20-го октября с. г. за прогул. Должность псаломщика Белозерского собора считать вакантной.

Обращаю внимание о. Настоятеля и Церковного совета Успенского прихода на необходимость при предоставлении отпусков соблюдать нормы действующего законодательства.

Управляющий Вологодской епархией
архиепископ Вологодский и Великоустюжский
/ Михаил / 

Приложение № 3

Указ № 24/126 от 11 августа 1983 г.

Недавно посвященный в сан диакона и определенный на должность младшего диакона Кафедрального Собора Леонид Трофимов, вместо подобающего его сану молитвенного, образовательного и семейного провождения свободного от службы времени, предпочитает систематически бездельно сидеть в Епархиальном Управлении и заниматься праздной болтовней, мешая работать его сотрудникам и вызывая с их стороны справедливые нарекания.

При этом диакон Л. Трофимов позволил себе несколько раз нарушить личный запрет бездельно посещать Епархиальное Управление, который был ему в категорической форме высказан Управляющим епархией в начале июля с. г.

За нарушение распоряжения церковного руководства диакону Леониду Трофимову объявляется выговор.

Управляющий Вологодской епархией
архиепископ Вологодский и Великоустюжский
/ Михаил /

Приложение № 4

Указ № 3/182 от 21 января 1985 г.

Запрещение в священнослужении, наложенное на младшего священника Стефановского собора г. Великий Устюг протоиерея Василия Бороздина два месяца тому назад (указ № 31/171 от 22 ноября 1984 г.) с сего числа снимается, и о. Василий Бороздин переводится в заштатное состояние, в связи с неоднократно выраженным им отказом принять новое место служения по направлению Правящего архиерея.

Если о. Василий Бороздин встанет на путь нормального церковного послушания, он всегда имеет возможность обратиться с соответствующим прошением на имя Правящего архиерея, после чего ему будет предоставлена ближайшая вакантная должность вне города Великий Устюг, где он безнадежно скомпрометировал себя недостойным священнослужителя поведением, за что и был подвергнут временному запрещению в священнослужении.

Должность младшего священника в клире Стефановского собора г. Великий Устюг объявляется вакантной.

Управляющий Вологодской епархией
архиепископ Вологодский и Великоустюжский
/ Михаил /

Приложение № 5

Указ № 8/351 от 12 мая 1989 г.

Как явствует из содержания п. 2 указа № 5/348, протоиерей о. Василий Бороздин, в течение нескольких лет служивший в приходах удаленных от места проживания его семьи Великий Устюг, (что являлось следствием его недостойного поведения, см. указы № 31/171 от 22-го ноября 1984 г. и № 3/182 от 21 января 1985 г.) возвращен в штат Стефановского собора г. Великий Устюг с учетом его семейного положения и с выражением в тексте указа надежды на его достойное поведение в дальнейшем, с соблюдением обычной церковной дисциплины.

Печальной неожиданностью для всего клира Стефановского собора и для руководства Епархии явились новые факты служебного непослушания протоиерея В. Бороздина своему настоятелю протоиерею о. Иоанну Хвощ, (в частности при совершении о. В. Бороздиным Страстных часов 28 апреля с. г.), грубые выходки в алтаре, притом во время богослужения, в адрес того-же о. настоятеля, а позднее — по отношению к председателю Приходского совета А. М. Муромцевой.

При обсуждении возникшей ситуации руководством собора с участием Управляющего епархией и самого протоиерея В. Бороздина, последний держал себя дерзко, прерывал речи выступавших, не только не проявляя сожаления о своем поведении, но и пытаясь обвинить всех присутствующих в предвзятом и чуть-ли не враждебном к нему отношении.

В связи с изложенным объявляю протоиерею о. В. Бороздину строгий выговор с последним предупреждением о неминуемом увольнении за штат в состоянии запрещения в случае, если с его стороны последуют какие-либо новые, даже сравнительно незначительные нарушения нормальной церковной дисциплины, равно как и проявления грубости и наглости, которыми к стыду для него сопровождалось его возвращение в штат Стефановского собора и сопряженное с этим соединение с семьей.

Управляющий Вологодской епархией
архиепископ Вологодский и Великоустюжский
/ Михаил /



[1] См.: Тарнакин Н. А. Отдельные аспекты богословского наследия архиепископа Михаила (Мудьюгина) (1912–2000) // Труды кафедры богословия Санкт-Петербургской Духовной Академии. 2019. № 2 (4). С. 216–236.

[2] Подробнее см.: Костромин К., прот. Архиепископ Михаил (Мудьюгин) (1912–2000): музыкант, полиглот, инженер и богослов. СПб.: Издательство СПбПДА, 2015. 144 с.; Архиепископ Михаил (Мудьюгин) в воспоминаниях и размышлениях. Материалы конференции, посвященной 100-летию со дня рождения архиепископа Михаила (Мудьюгина), 1912–2000 / Отв. ред. свящ. К. Костромин и Д. В. Волужков. СПб.: Изд-во СПбПДА, 2014. 108 с.

[3] См.: Костромин К., прот. Стили православного богословия ХХ века. К оценке трудов архиепископа Михаила (Мудьюгина) // Труды кафедры богословия Санкт-Петербургской Духовной Академии. 2017. №1. С. 25–38.

[4] Научная жизнь кафедры богословия // Труды кафедры богословия Санкт-Петербургской Духовной Академии. 2019. № 1 (3). С. 186–189.

[5] См.: Тарнакин Н. А. «Богословский либерал». О книге Ганса Кюнга «Христианский вызов» // Христианское чтение. 2019. № 6. С. 62–72; Его же. К вопросу о некоторых богословских разногласиях архиепископа Михаила (Мудьюгина) и кардинала Йозефа Ратцингера (Бенедикта XVI) // Актуальные вопросы церковной науки. 2019. № 1. С. 67–73.

[6] См.: Тарнакин Н. А. Отдельные аспекты богословского наследия… С. 236.

[7] Положение о церковном суде Русской Православной Церкви (Московского Патриархата). Принято на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви в 2008 году (ред. Архиерейский Собор 2017 г.) // URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/5082532.html (дата обращения: 16.01.2020).

Ст. 45. Принятие и объявление решения церковного суда (П. 1. При вынесении решения церковный суд рассматривает следующие вопросы: … каноническая (с применением норм церковного права) оценка церковного правонарушения…).

[8] Там же. Ст. 47. Вступление решений епархиального суда в законную силу (П. 2. Епархиальный архиерей утверждает решение епархиального суда своей резолюцией, которая должна содержать: указание вида и срока канонического прещения, наказания (в случае привлечения обвиняемого лица к канонической ответственности) либо указание об освобождении обвиняемого лица от канонической ответственности…).

[9] Там же. Ст. 47.

[10] См.: Костромин К., свящ. Архиепископ Михаил (Мудьюгин) (1912–2000) как студент, ректор и профессор Санкт-Петербургских (Ленинградских) Духовных школ. К 100-летию со дня рождения (на материале личных дел из архива СПбПДА) // Христианское чтение. 2012. № 2. С. 6–42.

[11] См.: Правила святых Апостолов и святых Отец с толкованиями. М.: «Сибирская Благозвонница», 2011. 816 с. По изданию Московского Общества любителей духовного просвещения. М., 1880.

[12] Там же. С. 110.

[13] См.: Русская Православная Церковь в советское время (1917–1991). Материалы и документы по истории отношения между государством и Церковью. М., 2008. Кн. 1. С. 349.

[14] Устав об управлении Русской Православной Церкви, принятый Поместным Собором Русской Православной Церкви 8 июня 1988 года // URL: https://drevo-info.ru/articles/17772.html (дата обращения: 16.01.2020).

[15] Ныне в Русской Православной Церкви действует церковный суд в трех инстанциях.

[16] Устав духовных консисторий. СПб., 1883. С. 60.

[17] Там же. С. 73.

[18] Там же. С. 76.

[19] Там же. С. 66.

[20] См.: Кодекс законов о труде Российской Федерации // Законы и постановления. Свод законов РСФСР. В 9 т. Т. 2. М., 1986. С. 123–192.

[21] Там же. С. 163.

[22] Закон РФ от 25.09.1992 г. №3543–1 «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» // Российская газета. 6 октября 1992. № 219.

[23] См.: Трудовой кодекс РФ от 30.12.2001 №197–ФЗ (ред. от 16.12.2019) // Российская газета. 31 января 2001. № 256. Глава 54. Особенности регулирования труда работников религиозных организаций.

[24] Оспенников Ю. В. К вопросу о концепции реформы духовного суда Т. В. Барсова. Отзыв на статью Д. В. Волужкова «Профессор Санкт-Петербургской духовной академии Т. В. Барсов о реформе духовного суда Русской Церкви (на материале статей в журнале “Христианское чтение” 1870–73 гг.)» // Христианское чтение. 2019. № 6. С. 154.